«Никакого транзита и никаких преемников»: Лукашенко исполнит волю народа — rtk-kabinet.ru

Президент Белоруссии поклялся, что его сыновья не заменят его на посту, все решат выборы

Дмитрий Родионов

298


На фото: президент Белоруссии Александр Лукашенко (Фото:
Сергей Шелег/БелТА/ТАСС)

Материал комментируют:

Владимир Корнилов

Станислав Бышок

Федор Бирюков

В Белоруссии не будет транзита власти, заявил президент страны Александр Лукашенко.

«Никакого транзита власти! Никаких преемников. Кого народ изберет, так и будет. Я поклялся. Я пообещал, что будет так, как решит белорусский народ», — заверил белорусский лидер.

Коме того, он исключил перспективу того, что президентом станы может стать один из его сыновей.

«Ни один мой сын не будет после меня президентом. Ни один!» — подчеркнул он. И добавил: «И пять лет я не буду [президентом], исходя из той конструкции, которую я пытаюсь выстроить».

Ранее Лукашенко сообщил, что план конституционных изменений будет обсуждаться на предстоящем Всебелорусском народном собрании в начале 2021 года.

— В политических системах, где отсутствует реальная соревновательность, а действующий глава государства может по своему усмотрению не допустить того или иного оппозиционного кандидата до выборов, вопрос о самой возможности смены власти поднимается редко, — считает исполнительный директор Международной мониторинговой организации CIS-EMO, кандидат политических наук Станислав Бышок.

— Здесь для иллюстрации подойдёт известный анекдот про то, как Брежнев, услышав от своего внука, что тот хочет, когда вырастет, стать генеральным секретарём, ответил: а зачем нам два генсека?

Читайте также

Российские миротворцы под угрозой из-за предательства Пашиняна?
К власти в Армении может прийти оппозиция, жаждущая войны до победы

«СП»: — Лукашенко категорически отверг возможность того, что кто-то из его детей будет президентом. Почему? В Азербайджане это стало возможным, а в Белоруссии нет?

— Политика — это искусство возможного. Далеко идущие планы, тем более такие, где задействовано множество переменных, включая миллионы избирателей, вовсе не обязательно реализуются так, как изначально предполагалось. Что возможно в Азербайджане или Северной Корее, вовсе не обязательно реализуемо в других государствах.

Что касается слов Александра Лукашенко, то действующих белорусский президент нередко использует демократическую риторику и апелляции к воле народа. Правда, при отсутствии демократических выборов и независимой социологии неясно, как определить, чего хочет этот самый народ.

«СП»: — Ранее он сообщил, что план конституционных изменений будет обсуждаться на предстоящем Всебелорусском народном собрании в начале 2021 года. Что, по-вашему, будет представлять это собрание? Какие вообще могут быть варианты? И будет ли оно? Или это просто обещания?

— Всебелорусское собрание проходит каждые четыре года, начиная с 1996, и служит для подтверждения верности курсу президента Лукашенко со стороны представителей различных ветвей власти, рабочих коллективов, деятелей науки и культуры. Изначально собрание проходило перед президентскими выборами, затем было перенесено на послевыборный период, дабы избежать возможных эксцессов.

Участники и тексты выступлений тщательно согласовываются, Всебелорусское собрание — не место для дискуссий. Насколько возможно изменение формата на этот раз? Теоретически, конечно, возможно — и даже необходимо. Много говорилось об общественном диалоге — так почему бы не использовать как раз эту площадку для ведения этого диалога? Но привычка — вторая натура. Если вы одержимы цензурированием вообще всего, что попадает под руку, а демократия для вас — это либо ругательство, либо прикрытие для захватнических планов враждебных внешних сил, то перестроиться на формат открытого диалога весьма затруднительно.

«СП»: — Какие, по-вашему, реальные конституционные изменения нужны Белоруссии?

— Для начала Белоруссии нужно соблюдение существующей конституции в тех пунктах, что касаются демократических прав и свобод граждан. «Соблюдайте свою конституцию!» — был в своё время такой лозунг у российской несистемной оппозиции. Точно такой же лозунг применим и для белорусских реалий. Ведь в действующей конституции республики нигде нет запрета на регистрацию новых политических партий с 2000 года или отмены конкурентных президентских выборов. Конституция хороша, когда она соблюдается. Это, собственно, не составляет большого труда.

Есть, разумеется, что изменить и в действующей конституции. Некоторые политические силы, в частности «Союз» и ЛДПБ, говорят о необходимости перераспределения полномочий от президента к парламенту и о переходе от мажоритарной к смешанной системе выборов в парламент. Тот же «Союз» призывает включить в конституцию упоминание о Союзном государстве с Россией. Кстати, если подобный пункт будет включён в основной закон Белоруссии, это станет немым укором Москве, которая, проводя в ускоренном темпе загадочную конституционную реформу, вспомнила Бога, но забыла о Союзном государстве.

«СП»: — Если представить себе, что Лукашенко допустит, чтоб «решил народ», что он может решить? Кто мог бы победить завтра на абсолютно свободных выборах?

— Симпатии и антипатии народа — штука динамическая. Существует более-менее устойчивый лоялистский электорат, составляющий порядка трети избирателей, который всегда голосует за действующую власть, а остальные две трети — это уже «чёрный ящик», за них и борются в рамках демократических политических систем. Поскольку на данный момент в Белоруссии отсутствует независимая социология и возможность для несимулятивной политической конкуренции, сказать, кто сможет победить на свободных выборах завтра, нельзя, как нельзя понять, кто будет выдвигать свои кандидатуры. Кроме того, новые политические партии не регистрируются вот уже 20 лет — можно ли считать полноценными парламентские выборы, где участвуют только «старые» политические силы?

Собственно, любая мало-мальски серьёзная политическая реформа в Белоруссии должна, на мой взгляд, состоять именно в создании предварительных условий для полноценных выборов. Кстати, указание на открытость к наблюдению различного уровня, национального или международного, вовсе не помешает новой конституции. Даже в таких устойчивых демократиях, как США, наблюдение за выборами было бы очень кстати для повышения их легитимности в глазах рядовых граждан.

— Лукашенко же сразу и пояснил свою мысль: мол, кого народ изберет — тот и станет преемником, — обращает внимание обозреватель МИА «Россия сегодня» Владимир Корнилов.

— Конечно, президент тоже будет иметь право высказать свое мнение по поводу кандидатуры. И это мнение в конечном итоге может стать решающим. Как, собственно, это и было в Казахстане или гораздо раньше — в Азербайджане.

«СП»: — Теоретически кто мог бы быть преемником Лукашенко?

— Фамилию не назову. Слышал разные варианты. Но опыт показывает, что в таких случай выбор может стать неожиданным и пасть на «тишайшего» из кандидатов. Правда, в истории неоднократно бывало, что «тишайшие» как раз и правят дольше всех.

«СП»: — Вариант с преемником успешно реализован в России и в Казахстане. В Белоруссии это вообще реально? Все же страна в большей степени европейская…

— Честно говоря, не понимаю, в чем белорусы значительно отличаются от великороссов. Все мы — русские. И ментально, и духовно, и исторически едины. А что касается «европейскости» — так простите, а в Европе разве лидеры не назначают себе преемников, уходя с поста? Посмотрите, как долго и бережно готовит себе преемника Ангела Меркель. Или Германия тоже не европейская страна, раз уж на то пошло?

Читайте также

На «свободных и честных выборах» Тихановская выберет саму себя
Белорусская оппозиция предложила план транзита власти в стране

«СП»: — Чего стоит ждать от обещанного Всебелорусского народного собрания в начале 2021 года? И состоится ли оно вообще?

— Собрание, конечно, будет. Причем, с Лукашенко или без него. Все ведь согласились с тем, что Конституцию Белоруссии надо менять. Во всяком случае, я не вижу никого, кто доказывал бы обратное. Ну, а для смены Основного закона нужен орган, который осуществит данный процесс. Я не исключаю и проведение референдума по итогам данного собрания.

—  Любые вопросы о преемниках и транзите власти всегда провокационны, во всяком случае в сегодняшней Белоруссии, — уверен директор Института свободы, член бюро политсовета партии «Родина» Федор Бирюков.

—  Если Лукашенко ответит, к примеру, что, мол, да, транзит будет и преемник определяется или уже определен, то в политических кругах и в СМИ тут же скажут: «Ага! Батька устал и хочет уйти! Пора захватывать власть!» И начнется такой хаос, что бело-красно-белые беспорядки после президентских выборов покажутся просто увеселительными прогулками. Сама гипотетическая готовность Лукашенко к уходу с поста главы государства будет расценена как слабость и станет сигналом к оголтелой борьбе за власть всех против всех.

На самом деле, конечно же, Лукашенко думает и о преемнике, и о будущей конституционной реформе. И в принципе о реконструкции политической системы Республики Беларусь, которая нуждается в серьезной модернизации. Сейчас белорусская государственность работает по принципу предприятия, с жесткой вертикалью власти и очень ограниченным набором публичных политических опций. Но в современном мире такая модель является архаичной. И Лукашенко это отлично понимает. Поэтому ему нужно не столько определиться с преемником, сколько практически с нуля выстроить принципиально новую систему сдержек и противовесов, заново сбалансировать белорусскую политику, создать нормальную государственно-патриотическую оппозицию, которая бы действовала в интересах белорусского народа, а не западных стран. И с такой вот новой оппозицией официальный Минск станет работать, а не только бороться.

Постсоветское пространство

В Минске перед акцией оппозиции начались сбои с мобильным интернетом

Лукашенко: я никогда не предавал Россию

Лукашенко пообещал уйти в отставку, но «тогда, когда надо»

На самых старых блоках украинской АЭС будут экспериментировать с ядерным топливом США

Все материалы по теме (2720)

Источник: svpressa.ru

Написать комментарий